История про 50 мотоциклов

Есть одна задача на математическую логику от компании Adobe. Суть её звучит так:

У вас 50 мотоциклов с заполненным топливом баком, которого хватает на 100 км езды.
Вопрос: используя эти 50 мотоциклов, как далеко вы сможете заехать ?
(учитывая, что изначально они находятся в одной условной точке)

Ответ на задачу от Adobe: 

Самый простой ответ: завести их все одновременно и проехать 100 км. Но есть и другое решение. Сначала переместите все мотоциклы на 50 км. Затем перелейте топливо из половины мотоциклов в другую половину. У вас таким образом — 25 мотоциклов с полным баком. Проедьте еще 50 км и повторите процедуру. Так можно забраться на 350 км (не учитывая того топлива, которое останется от «лишнего» мотоцикла при разделе 25 надвое)

(на самом деле это не самое оптимальное решение,  в идеале нужно примерно через каждые 2 км останавливаться и сливать бензин с освободившегося мотоцикла)

Ну а вот вам история, которая просто восхитительна! Она показывает как абсурдно звучит их решение задачи в логике реальной жизни.

 

Меня зовут Кирилл Иванов, и когда-то я был отличным гонщиком. Но однажды с моей жизнью произошло нечто, разделившее ее на до и после. Я стал мотоциклистом. У меня хорошо получалось, и мой талант заметили.

Эти люди из компании, они дали мне 50 мотоциклов, чтобы я поехал на них. Я ехал, но каждый раз только на одном. Им это не нравилось. У меня было много других трудностей, но о них я уже не жаловался. Я просто доезжал на мотоцикле эти 50 километров. А потом обратно пешком.

Они смеялись надо мной и называли меня неудачником. Я говорил, что мне нужно за остальными мотоциклами, и шел дальше. Просто дайте мне продолжать путь. Они усмехались и грозили мне палкой. Я не обращал внимания и просто шел. Добирался до мотоцикла, из кармана жилетки доставал измятый грязный обрывок истлевающей бумаги, и зачеркивал лишнюю палочку. Моя доля становилась менее тяжелой: я заводил мотор, достаточно хорошо разгонялся и теперь мог ни о чем не думать. Но это продолжалось не долго, и я останавливался у костров рябин, там, где был спрятан мною первый мотоцикл.

Я открывал баки и совершал переливание бензина. Я всегда делал так, зная, что однажды я перевезу все 50 мотоциклов. Я просто делал то, что называлось оптимальным переездом на 50-ти мотоциклах, и никому не мешал. Потом разворачивался и шел пешком снова и снова. У меня рвались сапоги, ноги раздирались в кровь, а солнце так и пекло. Они опять что-то кричали вслед и кидали в меня протухшей черной икрой, а мне просто нужно было вернуться до заката, пока не станет невыносимо холодно.

Так продолжалось очень долго. Мне кажется, время замкнулось в бесконечность, но я все еще хотел жить. В один прекрасный день, к тому моменту, когда 25 лишних мотоциклов с пустыми баками были оставлены далеко позади, а я занимался тем, чем занимался все свое сознательное существование, но только мотоциклов было значительно меньше, случилось ЭТО. Я не досчитался одного мотоцикла. Я вернулся, шатаясь и поскуливая от боли в почках, достал то, что только и имело смысл — бумажку с подсчетами.

Количество незачеркнутых палочек было больше, чем гребаных мотоциклов. Я сверял надписи с действительностью, переводя свой красноглазый взгляд умирающего человека, но байкера, идеалиста, посвятившего себя чужой идее чьего-то нестандартного мышления. Количества того и другого упорно не совпадали. Потом мои почки снова ощутили острые носы ботинок этих сволочей из фирмы. Так будет за каждый потерянный байк, сказали они напоследок.

Утром я к удивлению своему обнаружил, что все еще жив, но жить уже не хотелось. Я отказался подбирать с асфальта мазки раздавленной автомобилями протухшей черной икры, которую заботливо оставляли для меня люди из фирмы, составившие инновационный тест по выявлению интеллекта. А я умирал и смотрел в небо. Чертовски красиво. Но не для меня. Ах, что там… Можно проезжать на всех оставшихся мотоциклах.

«…Логично, не правда ли? именно поэтому Адоби задают вам этот вопрос».

Я не могу проехать. Кто-то может, но не я. …убывающая геометрическая прогрессия с показателем 0.5.

Отец наш небесный!… Проезжать полпути. Полпути = полбака. Как больно, кровь застыла, но все еще больно…

Просто переливаешь бензин из одного бака в другой. 50/2=25. 25/2 не равно 12…

Украли… Его украли… А ведь мне оставалось совсем немного, я мог завершить этот ужас.

Но не теперь… Это небо такое красивое.

«Отсидеть» 15 лет или зачем мы тратим жизнь на школу и вуз

Учеба в разгаре: тысячи школьников и студентов мотают очередной год за партами. Сроки и нагрузки разные в зависимости от строгости режима. Детям впаяли по 11 лет, после чего они под угрозой армии и родителей придут с повинной в универы, где проведут еще минимум четыре года. Через 15 лет выйдет, наконец, человек на свободу и выкинет большую часть тех знаний, над которыми все это время страдал. Оценки, которые еще недавно были едва ли не смыслом жизни, девальвируются, как рубль на фоне дешевеющей нефти. И после всего этого он сам отправит детей сначала в школу, потом в отечественный университет. Дань традициям, цена которой — 15 лет жизни ребенка.


Спросите у любого взрослого, как часто он пользуется тем, чему его научили в школе или университете. Пусть посчитает логарифм, производную возьмет, умножит или поделит в столбик хотя бы — даже эти операции у большинства выпускников вызывают трудности. Но ведь учили, сдавали. Где оно все?

Научить ребенка читать, писать и считать — задача родителей, а не школы. Даже если этим занималась бы исключительно школа, процесс не должен занимать так много времени. Нам говорят, что изучение математики развивает абстрактное и логическое мышление. Если так, то гении точных наук должны быть мастерами ораторского искусства. Ведь чем умнее человек, тем более веские у него аргументы и тем больше у него слушателей и почитателей. Так и до депутатского мандата недалеко.

В реальном мире речь некоторых гигантов мысли, преподающих ту же математику, звучит бессвязно и невыразительно. А проходимцы, которые в науках не блистали, становятся первоклассными мастерами демагогии, чьи логические цепочки заморочат самого прокачанного технаря.

Почему именно точные науки, по мнению большинства, якобы развивают абстрактное мышление? А как же музыка, литература, рисование? Художник в режиме реального времени просчитывает массу параметров: пропорции, расстояния, тени, силу нажима карандаша, глубину цвета, при этом не упуская из виду мысленный рисунок. Музыкант должен одновременно видеть внутренним взором аккорды, ноты и паузы, контролировать силу нажима на инструмент, синхронизировать мелодию с текстом и выдерживать при этом стиль. Как думаете, а почему писатель так долго сочинял свой роман, при этом беспробудно пьянствуя?

Вот в чем разница между нами: ты тренируешься в гимнастике, а я тренируюсь во всем.
— Сократ из фильма «Мирный воин»

То же можно сказать не только о логике и абстрактном мышлении, но и в принципе об умении думать. Точные науки, бесспорно, заставляют котелок работать. Но не только они! В жизни есть масса проблем, требующих анализа и поиска решений, которые не относятся ни к физике, ни к математике. Тренироваться в гибкости ума можно, и не занимаясь вычислениями. И при этом добиться даже больших результатов.

Мы не ищем легких путей!

Допустим, вы захотели научиться отжиматься от пола 100 раз. Ваш друг, который это умеет, дает вам совет: «Вставай в семь утра. Ешь больше мяса и яиц, пей больше воды. Старайся бегать хотя бы через день. Купи гантели и занимайся по полчаса в день. Перед сном визуализируй отжимания». С тем же успехом можно посоветовать будущему переводчику английского сначала выучить китайский, а будущему автомобилисту — освоить мотоцикл. Данный феномен носит название гало-эффект. Нассим Талеб описывает его так:

Гало-эффект — это когда люди ошибочно полагают, что тот, кто здорово катается на лыжах, будет столь же здорово руководить гончарной мастерской или отделом банка, или что хороший шахматист и в жизни просчитывает все ходы наперед.

А вот что об этом говорит писатель Александр Никонов: «Дурак — понятие функциональное. Иными словами, можно быть умницей в одном и полным дураком в другом». Быть смелым в одном и трусом в другом. За партой быть в своей тарелке, но у доски сгорать от стыда. На ринге драться как прирожденный борец, а в клубе плясать неловко, как срамная курица. Недаром ведь говорят — если хочешь побороть страх, делай то, чего боишься. Никаких обходных путей.

Если хочешь чему-то научиться, делай это. Хочешь рисовать — рисуй. Играть на гитаре — играй! Говорить на испанском — за дело. С этой точки зрения хваленое абстрактное мышление и логика, которые якобы развивает школьная математика, годятся разве что для школьной математики. То есть мы решаем квадратные уравнения с параметрами для того, чтобы решать квадратные уравнения с параметрами — ни больше, ни меньше. Как Портос, который «дерется просто потому, что дерется».

Стояние у школьной доски не подготовит к проведению презентации, решение задачи по алгебре не поможет посчитать KPI сотрудника, а задача про поезд, выезжающий из пункта А в пункт Б не особо поможет в логистике. К трудовой деятельности школа нас не готовит, зачем же мы в нее ходим?

Почему родители отдают ребенка в школу

В школе нас вроде бы учат решать задачи, которые будут на вступительных. Странно, что после этого все одинадцатиклассники поголовно записываются на подготовительные курсы (факультет довузовской подготовки — ред.). Но допустим, поступил ты в университет, отучился 4-6 лет, пошел устраиваться на работу. Опыта нет? Проваливай, каналья. При этом, по специальности идут работать редкие люди. По-хорошему, надо бы со своими науками так в институте и остаться, продолжить их изучение (или начать преподавать), как и подобает научному сотруднику. Но мы ведь в офис хотим.

В результате даже выпускники факультетов информатики черпают большую часть знаний на стороне, начиная работать в IT не благодаря, а вопреки. Единственный плюс, который они получают — корочки технических вузов и самоуважение за того, что прошли этот ад.

Практически все, что может дать школа и универ — тесты-контрольные, зачеты-экзамены и абстрактные знания, не применимы в реальной жизни (кроме тех случаев, когда человек идет в науку).

«В школе/универе нас учат учиться» — популярная в народе глупость, которая служит для оправдания потраченных не пойми на что лет жизни. Никогда наши институты не брали на себя функцию «научить учиться». Научить студента думать? Может быть. Заставить учиться? Пожалуй. Дать знания? Допустим. Но не научить учиться. Иначе в школьном или вузовском курсе были бы дисциплины вроде «теория учебы» или «прикладная логика».

Хьюстон, у нас проблема

Школа и университет, хоть и являются значительным этапом жизни человека, выполняют совсем не те функции, которые заявлены на упаковке. Что можно ожидать от забитых системой детей и нищих учителей, которых регулярно драконят из районо, то заставляя проводить театр под названием «открытый урок», то устраивая никому не нужные срезы знаний и переаттестации педсостава? А сколько пролито слез и попорчено нервов из-за самостоятельных, контрольных, экзаменов, которые к реальной жизни не имеют никакого отношения. Или нервы на экзаменах научили вас не нервничать на работе?

Наши школы и университеты не только проводят «уравниловку» по интересам детей, но и впустую расходуют человеческий потенциал. Насколько было бы интереснее ходить в школу, где решались бы задачи из реального мира!

Например:

— Труд — подключить новую розетку, собрать стол на продажу, научиться сваривать трубы

— Математика — научиться считать в уме объемы фигур, проценты, сдачу в магазине

— Физика — построить экспериментальную модель самолета на радиоуправлении

— Литература — организовать выпуск школьного еженедельника

— Музыка — придумать композицию или написать кавер на песню любимой группы

— Право — придумать закон или петицию, который бы собрал >25 000 подписей

— Рисование — разработать фирменный стиль класса

В университеты толпами идут те, кому стоило бы пойти в ПТУ или колледж. В итоге наши вузы — не пойми что. С одной стороны — готовят теоретиков с широким кругозором, с другой — эти теоретики на следующий же день после получения диплома все забывают и идут обивать пороги компаний, где нужны люди с совсем иными знаниями и навыками. А сами компании потакают инерционному консерватизму, требуя диплом о высшем образовании.

В чем не хотят признаваться родители

Система образования в нашей стране — это повинность с выкачиванием денег. В вуз не сунешься без аттестата. Поэтому родители оказываются перед выбором — либо полностью встроить ребенка в эту систему, либо оставить его за бортом, сделав аутсайдером.

Школа и институт — это не только режимные объекты, где дают сомнительной свежести знания, заправленные бесконечными тестами ради тестов, но и способ сплавить ребенка из дому. Кинуть в мир — пусть варится в группе случайных людей и играет в «получи оценку» или «не стань изгоем», лишь бы по улицам не шлялся.

В итоге все участники процесса из Минобразования остаются при деле и получают свою пайку из бюджета. Учителя драконят учеников, нахлебники из районо драконят учителей. Дети же учатся приспосабливаться и заниматься нелюбимым делом. Прозрение приходит лишь на первом собеседовании, где оказывается, что никому не интересны их оценки. Даже про специальность не спросят. Ради чего тогда весь этот цирк?

Источник: https://ain.ua/2015/10/11/otsidet-15-let-ili-zachem-my-tratim-zhizn-na-shkolu-i-vuz

Почему дети не читают?

«Дети не читают, дети не читают …» — наверное, это наиболее часто обсуждаемая образовательно-воспитательная проблема нашего времени. При этом причины явления либо даже не упоминаются, либо не рассматриваются, либо (если уж рассматриваются) носят до бредовости притянутый за уши характер. Если обобщить такое притягивание за уши, получается, что во всем виноваты современные медиа-средства. Первое ключевое слово — «проще». Проще смотреть, чем читать; проще слушать, чем читать; проще вообще ничего не делать, чем читать. Второе ключевое слово — «неинтересно». Неинтересно читать. Так же, как неинтересно думать, делать. Только не надо никого спрашивать, что такое «просто» или что такое «интересно». В таких случаях «крышу сносит» не только у детей, но и у взрослых. «Как, вы не понимаете, что такое «просто»?» «Интересно — это когда, ну, есть интерес». Что же такое происходит с детьми, что в подавляющем большинстве они наотрез отказываются читать? Ведь некоторых заботливые родители чуть ли не с колыбели обучают чтению!

почему дети не читают

И во-первых, и во-вторых, и в-третьих (если такое найдется) причина «нечтения» у детей (а потом — и у взрослых) одна: они не знают слов. То есть просто их не понимают. Представьте себе, что вы пишете в своем компьютере слово «заяц». Через «д» и «ю». Что-то вроде «задюц». Редактор не распознает это слово, нет его такого в редакторе. И компьютер его «помечает» — подчеркивает и, бывает, еще пищит. Исправляете (если понимаете, что не «задюц», а «заяц») и пишете дальше. Пока снова не напишете «кульбадос» вместо «самогон». Но если это происходит при написании каждого или хотя бы каждого второго слова, если эти в принципе не понимаемые вами слова упорно подчеркиваются и пищат дурным компьютерным голосом, вы быстро бросите безнадежное и бессмысленное писательство. То же самое происходит и с чтением: ведь что такое чтение, как не переписывание текста на другой носитель и последующее его воспроизведение. Вот и не переписывают дети непонятные слова и не могут их воспроизводить. А потому отказываются от участия в этом бессмысленном процессе.

Года три назад мы провели простое исследование. Более чем сотне учащихся 10-11-х классов признанных элитарными школ был задан вопрос: «Что такое математика?» Один ответил нечто вполне разумное. Впоследствии выяснилось, что он посещал наши занятия в Центре «Одаренность и технологии». Ну, ради этого, собственно, мы и работали. Двадцать процентов несли откровенный бред — «это чтобы сдачу в магазине получать» и что-нибудь еще похлеще. А восемьдесят процентов слово в слово сказали одно и то же: «Математика — это когда цифры». Представляете, это — люди, которые десять лет изучали «математику»! Что же они изучали-то? Что с них требовать? И вообще — что у них в голове? Попробуйте, задайте такой вопрос своим детям. И если они скажут, что «математика — это отрасль науки, изучающая величины и их соотношения», смело можете веселиться, как негритянка на карнавале в Рио. Ваш ребенок имеет хоть какое-то представление о том, чем должен был заниматься в школе хоть в какой-то области знания. И не забудьте позвонить мне — очень хочу познакомиться с таким ребенком или хотя бы узнать о его существовании. Что уж тут говорить о таких понятиях, как «война», «любовь», «красота» … Каково ребенку, да и взрослому, пользоваться такими словами, о смысле которых он не имеет никакого представления? За ознакомление с текстом надо отвечать! Вот мозг вместе с носителем и «уходит в отказ». Одна из форм такого отказа — «Красота (да и вообще что угодно) — это для каждого свое!» Нельзя жить и выжить в мире, где все для каждого — свое.

Вообще наши дети, как правило, не могут определить важнейших понятий. Потому ничего и не понимают. А читать — значит признать это. Что недопустимо с точки зрения самоуважения и самоутверждения. А определять понятия надо уметь — с точки зрения действующего образовательного стандарта. В школе с выполнением требований этого стандарта неблагополучно. Но ведь надо, надо выполнять! Ведь слово без понятийного наполнения, как говорил выдающийся психолог Л. С. Выготский, «есть звук пустой».

Необходимо обратить внимание и на то, что дети не только не читают, но и не говорят! Беспредметное и безрезультатное сотрясение воздуха отдельными словами — не в счет. Пример: мне довелось в столовой одного колледжа несколько минут слушать, как за соседним столиком молодой человек темпераментно рассказывал нечто двум девушкам и парню. Не считая имен собственных и служебных слов, он все это время пользовался только одним словом — «короче». Комментарии, думаю, излишни. Прежде всего, бессловесность представляет собой отсутствие возможности передать другому человеку содержание своего мышления, как передается от человека к человеку любой продукт. Для этого мышление должно быть продуктивным. Формирование продуктивного мышления обеспечивается технологией интеллектуального образования.

Проследить за «уплыванием» у детей способности думать можно следующим образом. Прежде всего, неузнавание слов проявляется в неправильном словообразовании, то есть в непонимании норм языка и в неумении этими нормами пользоваться. Если в каком-либо связном тексте человек допускает хотя бы одно несогласование в управлении (например, неправильное падежное окончание), то это означает полное непонимание ВСЕГО текста. Пример — из школьного сочинения (журнал «Знамя», 1962 год): «Отелла рассвирепела и задушило Дездемону». Дети интуитивно чувствуют эту «ловушку» и начинают «прятать» окончания, в которых они не уверены. Речь становится достаточно невнятной. Это уже сигнал о необходимости вмешательства. А далее — дети столь же интуитивно ощущают несостоятельность своей речи, и потому замолкают совсем. «Достать» их из этого состояния уже сложно. Но можно: однако это требует уже профессионального вмешательства с помощью все той же технологии. Разумеется, при наличии у детей мотивации, создание которой также требует специальных усилий.

Если учащийся, студент, да и вообще любой человек обнаруживает у себя (в том числе — с помощью специалиста) отсутствие понимания учебного материала или жизненных реалий, то первый шаг, несомненно, это чтение соответствующих текстов вслух. Следующий шаг — проговаривание вслух же своих представлений о прочитанном или наблюдаемом. Типичным примером является необходимость приготовления домашних заданий учащимися вслух. И это должно быть нормой: математики и физики-теоретики серьезного уровня работают исключительно вслух. Впрочем, как и другие профессионалы в области интеллектуальной деятельности. Только таким образом можно самому услышать, ЧТО ты имеешь в виду, читая тот или иной материал. И, соответственно, понять, о чем это ты думаешь и говоришь. Ну, и последний шаг — это постоянные разговоры с человеком при соблюдении тактично выдвинутого требования к построению речи из полных предложений в соответствии нормами языка. Односложные «высказывания» и ответы указывают на серьезные проблемы в плане интеллектуального состояния говорящего.

Из всего, что было здесь сказано, следует, что ребенок в принципе может быть мотивирован в отношении чтения только при условии понятийной наполненности своей речи, то есть при условии понимания того, о чем и что он говорит. Или читает. Но это — техническое условие. Сущностное условие заключается в том, что к добровольному заинтересованному чтению в любом источнике — учебнике, книге, статье (в бумажном или электронном варианте) — может привести только наличие интереса к предмету. Интересом называется форма проявления познавательной потребности, состоящая в обращении внимания человека на возможно важные для его существования явления. Беда нашего времени — практически поголовное отсутствие у детей познавательных интересов, направленных на развитие соответствующих реальному миру представлений о нем. Поэтому и не читают. Не о чем им читать. Ну, а потом и нечем. Так что сначала надо вызвать у ребенка интерес к реальной жизни в ее многообразии. Имеется в виду не формирование музыкальных навыков сомнительной нужности, тем более — не связанных с развитием дальнейшей профессиональной судьбы. Не занятие спортом или физической культурой. Все это не связано с познанием мира и этим следует заниматься СВЕРХ общего образования. Юля Липницкая потрясает и вызывает взрыв эмоций у зрителей. Но ее так жалко! Она не видит мира в этом своем столь важном для развития личности возрасте. У нее нет практики его познания. И, скорее всего, так и не будет. Мир на протяжении жизни пройдет мимо ее безумно трудного, под завязку наполненного, но такого узкого мирка. Она может так и не узнать о существовании и сущности этого огромного мира. Но это — Юля Липницкая, чудо, которое ценой своей жизни ДЛЯ НАС раскрывает неведомые нам грани мира. А что — все, кого родители отдают в секции и музыкальные школы, и кто лениво занимается там в ущерб общему образованию и познанию мира, находятся на профессиональном и человеческом уровне Юли? Да нет, мимо них мир пройдет, ничего не дав не только им самим, но и никому другому. Так что давайте подумаем о развитии у наших детей познавательных интересов. Тогда, естественно желая расширить свои представления о предметах этих интересов, они вынуждены будут начать читать. Другого пути нет. Пусть они прочитают мало книг. Но прочитают качественно. У меня есть хороший знакомый, который прочитал всего две книги — «Пчеловодство» и «Налоговый кодекс». Прочитал по-настоящему. Ему это было нужно, он в этом был заинтересован. Это теперь очень серьезный и вполне успешный сельский предприниматель.

А что касается раннего обучения чтению — это чрезвычайно вредно. Выпендриваясь друг перед другом в том или ином пространстве родители соревнуются в якобы раннем якобы развитии своих детей. Обучение чтению до появления у детей собственного интереса к этому процессу, к тому же не поддерживаемое наличием реальных познавательных интересов, приводит к смуте в маленьких головах. Чтение воспринимается в таких случаях детьми как некая, возможно и временно увлекательная, возня с знаковыми системами как таковыми, никак не связанными с реалиями окружающего мира и внутреннего мира человека. Со временем интерес к таким системам, оторванным от насущных задач детей в их восприятии, обязательно угасает. Более того, приводит к разочарованию в этой деятельности. И, так бодро начинавший читать, ребенок начинает испытывать к этому процессу отвращение.

Итак, нет ничего непонятного в том, почему дети в наше время не читают. Из-за непонимания взрослыми связанных с этим процессов. Из-за беспечности, незаинтересованности, неразумных амбиций, а то и просто глупости родителей. Из-за непрофессионализма, а то и вовсе несостоятельности педагогов. Сами-то дети еще маленькие и не понимают всей прелести и пользы чтения. И всего ужаса ломающей судьбу безграмотности в отсутствие умения читать.

Совершенно понятно, что надо делать (и чего не надо делать), чтобы дети читали. Так почему бы этого не делать?

Источник: https://psyfactor.org/lib/frolov2.htm

О цифрах

Доктор Хаус: Семёрки женятся на семёрках. Девятки на девятках. Четвёрки на четвёрках. Возможны и другие комбинации, если речь идёт о больших деньгах, или кто-то забеременел… У вас на три балла больше, чем у вашего мужа; и судя по вашему пальто, в деньгах вы не нуждаетесь. А судя по груди — детей у вас нет.
Жена пациента: Вы хотите сказать, что мой брак — это математическая ошибка?
Доктор Хаус: Цифры не врут!

Доктор Хаус